Шоколадка, Сартр и «сила воли»

Есть у меня коллега, с которой мы несколько лет дискутируем по поводу понятия «сила воли», дискутируем не из любви к искусству, а в связи с одной специфической категорией клиентов. Вот типичная история – женщина средних лет приходит на терапию с жалобой на то, что много лет она «хочет, но не может похудеть». Что мешает? – естественный вопрос. Ничего, отвечает она, только то, что у меня «нет силы воли». Ну, и как бы уже все – ситуация представляется безвыходной. Действительно, вот если бы у нее была бы эта самая сила воли, тогда да, а так нет. Что есть в этом феномене, когда человек вроде бы хочет изменений, но в то же время представляет себя как «того, у кого нет силы воли»? Недостаток мотивации? Вторичная выгода иметь лишний вес? Защита от собственной сексуальности? Страх мужчин? Непринятие ответственности за свою жизнь? Не-сделанный выбор в пользу стройности и правильного питания? Привычка просить помощи, одновременно отвергая ее? Думаю, там разное есть.

Ниже привожу отрывок из книги Мика Купера «Existential Therapies», где я нашла еще один возможный способ посмотреть на эту чертову силу воли, которая так мешает похудеть. Перевод мой, для домашнего пользования.

«С точки зрения экзистенциальной перспективы, тревога и вина, так же как и другие «негативные» чувства – страх, отчаяние, неустроенность и чувство абсурдности – есть ответы на реальность бытия человеческими существами. Некоторые из нас встречают появление этих чувств с принятием. Но, в основном, мы стараемся подавлять их; мы делаем это, поворачиваясь «слепым глазом» к реальности нашей экзистенции, притворяясь перед самими собой, что вещи являются иными, чем в реальности. Хайдеггер считает такое самоотношение не-аутентичным, в то время как Сартр пишет о «самообмане» или «плохой вере».

В сердце такого самообмана лежит отказ от нашей свободы и ответственности, и мы можем делать это множеством способов. Например, посреди диеты ко мне приходит друг с большой плиткой шоколада. Я поставлен перед выбором: или я ем шоколад и подрываю тем самым свою диету, или беру обязательство провести целый вечер, нетерпеливо глядя на нее. Одна стратегия, которую я могу принять, чтобы ослабить тревогу, вызываемую этим выбором – превратить себя в «вещь» (Сартр). Например, я могу сказать себе, что я есть «некто со слабой волей», тогда поедание шоколада становится свершившимся фактом. Напротив, я могу сказать себе, что я есть «взявший на себя обязательство соблюдать диету», тогда у меня нет шансов есть этот шоколад. Иначе, превращая себя в объект-подобный предмет, я отрицаю реальность того, что в этой точке времени я полностью свободен выбирать, как вести себя и я не вынужден вести себя ни одним, ни другим способом.

Если впоследствии я ем шоколад, я могу выбрать разные способы отрицать свою ответственность за то, что делаю это. Например, я могу обвинить своего друга за то, что он принес шоколад; или пенять на бессознательное, внутреннее побуждение — «я просто не мог остановиться себя». Придерживание некой идеологии или догмы может быть другой формой отказа от моей истинной свободы и ответствености. Я мог бы сказать себе, например, что «всегда нужно следовать внутренним желаниям» – когда бы они не появлялись, это не вопрос выбора…».

Таким образом, объявляя себя «человеком без силы воли», я отрицаю множество способов обойтись с несчастной шоколадкой и своим решением придерживаться диеты, отрицаю свой свободный выбор поступать так или иначе, сваливая ответственность на некую болезнь под названием «у меня нет силы воли». Потому что, действительно, если силы воли нет, то человек не несет ответственности за то, что делает. Запах подобного самообмана всегда присутствует в зависимостях – так и алкоголик говорит: «Ничего не мог поделать, ОНО влекло меня, сил сопротивляться не было. У меня нет силы воли».

Думаю, в проблеме переедания и лишнего веса аспект непринятия ответственности и самообмана – очень весомый. Если я честно смотрю на себя, если я честно признаю зависимости своим свободным выбором, то ситуация с силой воли и шоколадкой выглядит совсем по-другому: более реалистично, более неприглядно и одновременно обнадеживающе – ведь если я признаю свободу выбирать, то могу выбрать и противостояние своим слабостям, не только потакание им.

В терапии пищевых нарушений (имею в виду в первую очередь компульсивное переедание, но и булимию тоже) очень важно принятие клиентом решения менять свою жизнь, принятие ответственности за свою зависимость, принятие ответственности в том числе за тот дискомфорт, который влечет за собой перестройка питания и новые пищевые привычки. Если решение принято, ответственность признана как своя собственная, «сила воли» скорее всего уже не понадобится.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Запись опубликована в рубрике Нарушения пищевого поведения, Цитаты, Экзистенциальная психотерапия. Добавьте в закладки постоянную ссылку.